юни

garik77:
идут поставки по предзаказам, собранным практически за 2 года

Atteon:
Чтобы знать, что не с балаболом и пустобрехом разговариваю.

MoMM:
для тех кто путает

MoMM:
Ничего нет

Grossmeister:
таких финансовых сервисов достаточно

koketkade:
И не мешайте людям

Dasha_R:
не дожил до появления узбекского этноса каких-то полтора века

Dasha_R:
Ну некотрые возращаются к истокам, кто ж им доктор

"Современные белорусы большие любители устраивать пляски бёдер вокруг некоего Литовского Статута, призванного доказать существование никогда не существовавшего белорусского государства.

Его история такова. Литовский статут был издан не ранее 1616 года на польском языке и представлял собой сборник законов литовской провинции Речи Посполитой. После присоединения Литвы и западной Малороссии русские власти сохранили Статут для местного делопроизводства. Однако русские чиновники часто не понимали польского языка, поэтому возникла необходимость перевода кодекса на русский. Это было сделано в 1811 году.

НО.

Даже в этом случае в юридическом смысле западные области России являлись сферой действия не общеимперских законов, а законов Царства Польского. Пока Александр I заигрывал с поляками и обещал им восстановление границ 1772 года в рамках имперской автономии, это было нормально. Но ввиду охлаждения русско-польских отношений началось завинчивание гаек. Сначала русские власти заявили, что перевод сделан с последнего польского издания, в котором много опечаток и разночтений с изданием 1616 года, а потом...

Потом было заявлено, что на самом деле издание 1616 года было переводом с РУССКОГО. Русский оригинал об одном экземпляре как водится, тут же был чудесным образом найден. Якобы его напечатали в 1588 году в Вильне. После этого была создана государственная комиссия, заново переписывающая Статут в соответствии с оригиналом.

Таким образом, Статут становился буферным правом Западного края, равноудалённым и от законов российской империи и от законов Царства Польского. Работа была завершена в аккурат к польскому восстанию 1831 года, когда новый Статут запретили печатать вообще. Потому что у поляков отняли и буфер. В 1840 году действие Статута было отменено.

Вот такая печальная иллюстрация «государственной исторической науки».

Ко времени первого польского восстания относятся первые опыты зарождения белорусского языка и особой белорусской народности. Приоритет в создании из русских Западного края «белорусов» естественно принадлежит полякам. Русские власти уделяли большое внимание религиозному вопросу, стараясь интегрировать православное население Речи Посполитой в систему православной церковной организации Российской Империи. С этой целью... ладно, не буду говорить. Но они не работали на поле национальном и понятно почему.

Национализм начала 19 века это удел высших сословий, а всё высшее сословие было давно ополячено. Белорусы это исключительно сельские жители, белорус, переезжающий в город, до середины 19 века становился поляком. Вот эти поляки с рвением неофитов и стали пытаться вести националистическую пропаганду среди западнорусского крестьянства. Особенно после неудачи восстания 1831 года.

Характерной фигурой является Александр Рыпинский. Это польский националист, издавший в Париже книгу «Белорусь» (1840), затем переизданную в Пруссии. Писал он на польском, как естественно и другие «белорусы»: Барщевский, Чечет, Дунин-Марцинкевич и т.д. Но для иллюстрации существования отдельной народности белорусов они в польской транскрипции писали небольшие тексты на наречии «хлопов», в основном - стихи.

В период польского восстания 1863 года выяснилось, что подобная пропаганда имеет крайне вредные последствия – в некоторых местах польским повстанцам удалось использовать белорусов против русских войск. Объективно это была дикость, вызванная исключительной идеологической пассивностью властей в Западном крае. Ведь основой повстанческого движения были польские помещики, а Александр II только что ликвидировал крепостную зависимость.

И вот белорусское быдло с косами, охмурённое рыпинскими бросалось на своих освободителей.

Надо сказать, что опора на крестьянство это типичный приём польского сопротивления. В конце 18 века Костюшко сформировал отряд из мазовецких крестьян, вооружённых косами, раздал им офицерские звания и сам надел крестьянскую панёву. С тех пор воспевание подвигов «косинеров» стало общим местом польской националистической пропаганды. (Это к вопросу об истоках русского «народничества» и «хождения в народ».)

После восстания в Западном крае запретили печатание книг на польском языке. В ТОМ ЧИСЛЕ НА БЕЛОРУССКОМ, как разновидности польского. Это был простонародный русский, утрировавший естественные разночтения с литературным каноном и печатавшийся польскими буквами.

Одновременно правительство выделило большие субсидии на изучения фольклора и быта «левобережных русских». Труды белых людей через 30 лет были использованы новым поколением поляков, но, в общем, безрезультатно. Характерно, что выходившая после 1905 года газета белорусских автономистов «Наша нива» печаталась в двух вариантах: польскими и русскими буквами. Поскольку польский вариант никто не брал, с 1912 они перешли только на русский.

Здесь не было никакого принуждения – после 1905 речь шла только о деньгах.

Любопытно посмотреть на текст этого издания. Полагаю, он весьма мало похож на современный «бялорусский». Помню, как смеялся, когда прочитал украинские тексты, изданные в начале прошлого века. Это абсолютно русский язык с двумя-тремя разночтениями. Например, вместо «что» писали «шо». И радовались как дети.

Книги на белорусском стали издаваться только после 1917 года, тогда же была впервые издана грамматика белорусского языка (Вильно 1918). Заработал аппарат. В 1923 году в «Московском государственном институте музыкальной науки» была создана Белорусская песенная комиссия, написавшая 250 «белорусских народных песен». Был Высочайше утверждён список «народных танцев белоруссов», как то: леваниха, гневаш, мельник, бычок, метелица, воробей, трясуха, юрка, женитьба Терёшки, Антошка, кружок, чижик, подушечка, гусачок, лученица, толкачики, косец, березка, петушок унд зо вайтер."