И не одна. Куча словарей табуированной лексики есть, но для детей нужно сделать с картинками!:)
Да в общем всем, но и Вам в частности:)
Это точно. Думаю, прогрессивные форумчане из топика поддержат, а то ведь без знания такого пласта русской культуры дети точно будут расти з комплексами и табу)
Это кальки и заимствования из других языков. По своему опыту изучения русского и белорусского языкознания могу сказать, что фактически русское языкознание находится сейчас в таком удобом положении, что может с легкостью "присвоить" любое славянское слово.
И прошу отнестись правильно - это не упрек и не разжигание нац.розни! Это предположение, основанное на личном (не более того) опыте :)
Другими словами - это просто сильно развитое культурное ассимилирование.
"Эхо, тоскующее по горным вершинам и хрустальному воздуху, по хладным кручам под нависшими, пушистыми снежными шапками, по ледникам сверкающим в холодном лунном свете призрачными, радужными сполохами. Эхо, жившее в гулких катакомбах городской канализации, в темном чреве города, большого, рыкающего, утопающего в зловонных клубах собственных испражнений. Эхо никого не радующее, никого не заставлявшее остановиться, прислушаться и улыбнуться со вздохом, легким, теплым. Эхо, пугающее огромных, полуслепых, облезлых, осклизлых канализационных крыс и редких, робких бомжей, ютящихся у входа, на грани между холодным, опасным зловонием города и теплым, сырым зловонием его потрохов. Тоскующее, осиротевшее эхо… Но, однажды, глубокой ночью, когда город затих после большого бесноватого праздника, разнузданным, хмельным психозом прокатившегося по бетонным улицам-венам, когда, наконец, умолк гортанный, со зверцой гомон множества луженых глоток, смолк визглявый, истеричный, с надрывными всхлипами смех, утихла канонада цветастых салютов и город провалился в нервные, судорожные, тревожные сны, задышал сипло, глубоко, прерывисто, отрыгивая загнивающие, хмельные пары с трудом перевариваемого праздника, эхо вырвалось на свободу, взметнулось высоко в небо, выше туч, выше ветров, отразилось от лунного света и легкой молнией метнулось за горизонт, за тонкую пунцовую дымку укрывающую от всякого взгляда дальние горы, горы, покоящиеся безмятежными исполинами над копошащейся пред их стопами суетой. Метнулось вправо, скатилось с искрящегося голубой искристостью склона, поднимая в гулкую высь клубы мелких, звонких, каленых снежинок; взлетело вверх, изнывая от рвущих душу в сладостные клочья скоростей, и медленно осело на сахарную вершину, очень медленно, очень; так медленно, что, казалось, и без того медлительное здешнее время остановилось совсем и замерло любуясь вернувшимся, восторженным эхом. Оно вернулось и растворилось в зыбком хрустале ожившего с его приходом воздуха. Маленькое и звонкое, заполнило собой все пространство, отразилось от всякого лютого камня, попробовало на звон каждую нависшую сосульку… Эхо поскользнулось и упало в глубокую расщелину и разбилось об острые, огромные камни сгрудившиеся на самом дне, будто хребет огромного, древнего зверя крадущегося по дну ущелья. Хрупкое Эхо раскололось на мелкие осколки, на звонкие, сияющие брызги пронзительного вскрика, звук отразился от гулких, щербатых, отвесных стен мрачного ущелья, раз, другой, третий и исчез где-то там, на самом верху, скользнув в сторону, в голубую, хрустальную высь. Эхо родило эхо. Разве оно пропало?"… ― Это очень красиво и очень грустно и… немного больно, ― вздохнула она, закончив с написанным. ― Как же ты так решила? ― удивился Николай, ― Это ведь по-русски! Ты по-русски читать не умеешь! ― Я чувствую, ― просто ответила она. ― Хочешь, я тебе переведу, ― спросил он, взяв из ее рук лист бумаги. ― Не нужно, ― сказала она, ― ты плохо говоришь по-фински, только испортишь. Он привлек ее тонкую, хрупкую, нежно и крепко прижался к ней, она подалась, обняла его за плечи поглаживая усталую голову другой рукой, шерудя, ровняя всклокоченные пряди. ― Почитай мне еще что-нибудь, ― тихо попросила она. ― По-русски? ― По-своему… (с)
Это написано просто. Но разве плохо написано, по-графомански? Позволю себе дать совет, если Вы, конечно, не против, - иногда нужно идти дальше топиков:) Там бывает много интересного.
На беларускай мове свёкла - бурак тоже. Наверное, кто-то из наших;)
Может и флудер, слава богу, что не демагог.:) Только я понимаю, что в момент, когда ребенок будет в состоянии самостоятельно прочитать довольно сложный текст книги, он не будет нуждаться в предложенном знании. А если даже и родитель будет ему это читать, то и тут ничего существенно не изменится - текст довольно сложен. Картинки - нафик не нужны, потому что вопрос будет задан по наглядному "копрофакту".
П.С. Я читаю с 3-х лет. Уже тогда я не нуждался в обстоятельной беседе о какашках. Хотя, кому что...:)
Простых смертных. Финских графоманов, например:)
УПД: Только потому, что один человек отнесся ко мне с большим вниманием, чем все остальные. (с) Вспомнилось вот. Бродского все читать умеют.:)
А там в книжке есть классный момент. "Цветочки кушают какашки..."😂
А людей?
10 Пукко
