"Kalinin-Trophy". Литературный конкурс

Таки вдохновил меня топик. Накатал шедевр. Его тут только не хватало, конечно, но в конкурсе участвовать не хочу, потому как ничего в архитектуре не смыслю и все равно ничего путного не напишу. Значит скидываю сюда - а то ведь пропадет:) не судите строго, а лучше вообще не судите. Ночь, а у меня бессонница... Вспомнил один поход и записал начало.

Калинин, не серчайте, если посчитаете, что загрязняю рабочую тему несабжем флудерно-литературным. Заодно по тексту сможете разъяснить участникам, чего делать нельзя, а что можно.

Прогулка

Придется пройти километров пять. По морозу. И ради чего?! Ну да ладно: надо – значит надо. Зато сделаю дело. Совершу мужской поступок. Пусть знает. -25 – не помеха для настоящего мужика. Холод собачий.

…Сигарета в зубах давно перестала казаться опасной. Бывают вещи и похуже, надо сказать. Посмертельнее. Вот в том доме, например, единственном окрашенном (в дебильный желто-фиолетовый цвет) из окружающих строений хрущевской эпохи, на втором, кажется, этаже бабуля живет. Вот не курит она и не пьет, в Бога верит, пылесос у неё есть и два телевизора, ковер новый в зале и сын с восемью судимостями непьющий и добрый, а живет смертельно опасно. В постоянном психоэмоциональном коллапсе. Утверждает, что соседи, которые сверху, с наступлением темноты начинают греметь об пол всякими тяжелыми предметами, шарики какие-то по полу катают и её со света изжить пытаются направленным электромагнитным сигналом с элементами радиационного излучения.

А все потому, что затопили они её, ну те, что сверху, за последнее время раз пять. А она в суд подала. И выиграла, но ремонт все равно сама делала, потому что они нигде не работают, хоть и не пьют вроде и красиво говорить умеют, вы у них спросите, так они вам хорошо зубы заговорят, а шарики катают все равно, это просто они вас услышали, что вы пришли и притихли затаились, и сигнал свой выключили, я чувствую, мне легче стало, не колет внутри, а вы уйдете и они снова за свое, не работают нигде, шарики катают только, сволочи, они же сволочи и топят постоянно я уже все бумаги собрала все равно платят по суду копейки какие-то а ремонт я сама делала сделайте что-нибудь спасите меня помогите мальчики а то уже сил нет я ж дома почти не ночую все по подругам или знакомым потому как включат они свой аппарат так мне хоть концы отдавай у меня и прибор есть для измерения вот скачет всегда то тридцать то десять а я знаю что они это все радиацию пускают и телевизор могут мне выключать а я потом включить не могу и пятками этими по полу стучат специально постоянно этими пятками...

Дом, в котором живет несчастная ухоженная старуха с добрым и непьющим 54-летним сыном с восемью судимостями, вполне себе уродливый и, как полагается, окрашенный только со стороны главной улицы. Но и это уже хорошо, ведь остальные вообще так и остались серыми и неприглядными, какими и были с самого начало. Они будто бы и мерзнут зимой в морозы больше, чем этот желто-фиолетовый красавчик. Возле них даже и клумбочки никакой развести не хочется в летний период. Хотя возле красивого этого дома по улице Советской тоже, где мается бабушка с соседями, которые её топят и радиацию на неё направляют, никто никаких клумб не разводит. Но все равно, если бы где и развести клумбу красивую с цветами, то возле этого лучше бы выглядело, а около этих серых, кирпичных, только мужикам пить по пятницам за металлическими столиками у корявых песочниц, и драться потом в самом начале субботы.

А здание хоть и окрашено, но на фоне однотипных четырехэтажных «середнячков»-собратьев все равно теряется, сиротливо оплывает взвешенной пустотой. Хочется услышать выстрел – проверить, колыхнется ли хоть одна неоновая тюль? Брошеность какая-то. Как будто одна власть уже оставила разграбленный город, а вторая еще не успела вывесить флаг на потрепанном четырехколонном здании местного ДК. И еще не понятно: почему он называется словом Дворец? А? Дворец! Облезлый, корявый. Справа колхозница с отколотой рукой, серебрянкой крашеная во весь рост, слева – рабочий, сохранившийся практически в неизменном виде до наших дней. Так и кажется, что с постамента сейчас соскочит и мужичкам компанию составит. Вот вопрос только – как зимой в рубашонке-то такой не мерзнет? Но это закалка, наверное, тренировка. Надо – значит надо. Дворец…

Да, сигареты – не самое худшее, что может случиться. А может, это я только себя успокаиваю? Да нет, наверное, не успокаиваю. Все же курят и не мрут как мухи. Мрут нормально, как люди.

Тянутся хрущевки, мороз крепчает, скользко. Фонари горят в шахматном порядке, в половину силы и только те, в которых не перегорели лампочки. Антикризисная экономия, мать их… Скоро начнутся «аулы» - частный сектор то есть. «Свои» дома. Каждый построен на свой копыл. Каждый – чья-то крепость. В девятом или около того часу в них начинают сползаться обитатели – разные все такие, мордатенькие, с животиками или с желанием их иметь, с глупыми женами и глупыми детьми, лезут в свои крепости, а некоторые, наверное, даже приговаривают себе под нос: «Кто ел из моей тарелки?..» - ну и так далее. Одинаково разные. Машинки у них такие смешные, как будто игрушечные. Они их холят и лелеют, но шанса продать подороже не упускают – всегда хочется лучше и с климат контролем, «потолще», так сказать. И гаражи игрушечные какие-то. С масляными пятнами на бетонном полу и инструментами на стенках. У некоторых с ямой. Это удобно. Картофель и «закатки» хранить и так залезть, разбортировать колесо там или масло поменять опять же. Пятна откуда-то же появляются…

Домики отличаются между собой значительно и явно намекают на общее благосостояние семейств Кто-ел-из-моей-миски. Своеобразная иерархия домов-крепостей. Двухэтажные редко встречаются в «аулах», но все же есть. Строятся из кирпича, потом пластиком белым поверху, окна опять же пластиковые, теплые, красивые. Крыша либо красная, либо зеленая. Из черепицы, крашенного шифера или еще какой-то херни. Главное, чтобы красиво. А летом – огородик, огурчики, помидорчики, прочая садово-огородная идиллия. Мороз; не спят аулы.

На занавесках скачет синеватый неон. Девять. Все смотрят новости, едят, готовятся ко сну, наверное. А еще где-то здесь живет твой знакомый. Молодой парень. Наркоман, конечно, как сказала бы сумасшедшая бабуля из покрашенной в желто-фиолетовый цвет хрущевки. Да и не только она… Но он так, по легкому, умеет себя в руках держать, мужик. Позависать, повеселиться, травки, то да сё, наполнить, так сказать, душу презрением к окружающим «зомби-роботам», в чем я, нужно признаться, с ним полностью солидарен. У него тепло и весело, но туда мне не нужно. Дела-дела… Нужно идти по снегу, по улице советской, под фонарями, горящими в шахматном порядке, и курить свои сигареты. Нужно.

Советская заканчивается наконец-то, и вдали появляются синевато-черничные ночные многоэтажки спального района. Интерес к частному сектору пропадает начисто. Изредка пролетают по грязному соленому снегу автомобили, светят фарами, смотрят вперед сонными бамперами, пускают на ветер нефтедоллары. Нужно закурить. Курение приводит к сердечно сосудистым и раковым заболеваниям.

Еще не скоро, долго идти, но на две пересадки в общественном транспорте никаких душевных и моральных сил все равно не хватит, а на такси денег нет. Их никогда, сука, нет. И всегда их хочется. Хочется денег сначала, а потом уже стать хорошим. Но в каком-то смысле это не лишено смысла. Глупо быть хорошим, если нет денег. Один хрен не выйдет. Будет либо Библия всю жизнь, либо Кама Сутра. А хочется, чтобы они как-то так грамотно соединились в твоей жизни. Слились в страстном порыве духовного единения.

Девятиэтажки приближаются таки просто неумолимо. Вот они эти здания с зассанными лифтами и запаянными мусоропроводами. Много окон. Некоторые горят. Смотрят новости, наверное, готовятся ко сну.

Закурить бы, но смысла нет – только что уже курил. Помру на хрен, так и не дожив до старости. Не ощутив всю прелесть старческого кризиса и маразматического безумия.

Некоторые девятиэтажки просто шедевральны. А вот эта – на двадцать с чем-то подъездов. Километр, наверное, длиной. Там такая сакура по весне под фонарем цветет… Любо-дорого. Я прихожу и любуюсь. А на третий день все облетает, пусто как-то. Балконы опять же и лоджии… Что лучше? Застеклить или оставить в покое? Пластик или вагонка? Закурить надо и про вишню в цвету подумать, а не про эту херню. Мороз, мля…

Всегда чего-то ждешь и надеешься на что-то. Как будто эха на не заданный вопрос. Чтобы задать его в конце концов и успокоиться на этом, и замироточить смыслом понимания всего сущего. Вот оно! Отозвалось. Значит можно спросить, удостовериться, что отозвалось верно, именно так, как и хотелось спросить. Успокоиться, наконец… А спрашиваешь вечно не то. Или не так. Или не у того эха, а у чужого какого-то, которое другому отзывалось, а не тебе. И на другой, не заданный вопрос…

Холод собачий...

Личину лучше б шарфиком прикрыл, сердешный. Не те погоды, чтоб "Иду. Курю" (с)

(С)атана, мне нужно 2 вещи:

1. Чтобы это было у меня на указанном выше почтовом ящике и, соответственно, на Конкурсе. Увы, теперь уже поздно.

2. В работе ни намёка на конкретный город, а надо. Я понимаю - зассаные лифты у нас в любом городе, но конкретика важна.

На конкурс я, видать, не дорос пока :) Там гуру одни, наверное)

Так я говорю - тренировка. :) Сподвиг топик.

(С)атана добавил 28.01.2010 в 02:30

Я в промежутках шапку на бороду натягивал :))

Там все, не прибедняйся. Генери ещё и шли мне, мыло указано в первом посте.

(С)атана, вы это бросьте, пожалуйста. Нормальненько — все будут в болельщиках, на конкурс пришлёт статью только Леданика, и за ней Волшебник.

Калинин выдаст Волшебнику его "стобаксофф", Леданике отеческий поцелуй в чело, а на остаток вместе с жюри пойдёт пить от горя, что все рванули в болельщики и никто не написал. Так и будут "смотреть новости, есть, готовиться ко сну".

Не, я ж хитрый, Торетти ;)

Есть специальный пункт правил Конкурса, 11.в. , который гласит:

Но всякие наблюдатели мне тоже как-то не очень понятны. Слабаки! :)

И тут Торетти, как ребёнок, повёлся на "слабо"))))

Я что... Я с самого начала сказал, что буду учаВствовать. И буду. Как раз с 1 числа выходных пару дней, вот и порисую домики))

(задумчиво) Да... нужно-таки попробовать написать супер-пупер-литературный текст - в целях экономии, так сказать, призового фонда... в пользу если не жюри, то хотя бы следующего конкурса :)

И я буду, и я))