потрите

Нет, Иннокентий Всеволодович Кацман. Хороший мужик, трудолюбивый, на скрипке хорошо играет. Как он там сейчас на заводе не знаю – пенсионерам на заводах непросто.

У него на стене висела его фотка с молодым Сталиным и под ним его автограф: "При правильной организации труда в бригаде из пяти человек бригадир не работает". А чай с морковкой у нас не пили – у нас за такие выкрутасы сразу били ногами.

Глава первая. Форма одежды

Зил делал маятник и ходил туда-сюда по кабинету. Стенографистка Катя легонько покусывала карандашик игриво косясь на начальника. Хромовые сапоги, сжатые гармошкой в голенищах, надрывно скрипели, словно силясь высечь искру и зажечь сырые поленья. Но искра не высекалась и поленья не зажигались. Текст не шел. Зил пытался в очередной раз:

- Все прогрессивное человечество сомкнуло ряды!... назойливый враг точит клинок... зардеет мировым пожаром угнетенное человечество!... блясука затык. Пошлятина...

Зил скривил лицо и снова заскрипел сапогами от двери к окну. Всякий раз, когда начальник проходил мимо, Катерина вроде невзначай перекидывала ногу на ногу и краешек длинной шерстяной юбки взлетал над коленками. Товарищ Зил каждый раз, как юбка взмахивала над ногами Кати, бросал короткий взгляд и спотыкался о белые трусики с синими полосками. Вскоре Зил остановился у окна и сказал:

- Катерина.

Стенографистка перестала хитро улыбаться и подняла глаза на Зила.

- Да, товарищ Зил.

- Почему не по форме одежды на службе?

Катя моргала длинными ресницами и невинно удивлялась.

- Полоски на нижнем белье должны быть чёрные. Чёрные, понимаете? Мы с вами на флоте служим.

- Но я думала... я думала мы в ГПУ...

Катя заморгала ещё сильнее и обильно смазанные свежей слезой голубые глаза этой красивой девушки стали особенно невинны.

- Ладно, не важно. У нас такая форма одежды и вы, как аттестованный сотрудник обязаны строго исполнять инструкции.

Зил не любил десантников ещё с тех пор, как в Японском море эти ребята здорово попортили ему нервы и отняли вполне заслуженную победу, высадившись на острова в тот самый час, когда бравый капитан первого ранга Зил подходил на своем линкоре с подветренной стороны. А вот теперь его личная стенографистка Катя ходила в трусах этой самой десантуры. Зил задумался, глядя в окно. Катя тем временем уже надула губки и не отрываясь выводила каракули на тетрадном листике.

- На чем мы остановились? - Зил заглянул через плечо стенографистки.

Катя прикрыла рукой листик и дернула плечом, сбрасывая руку начальника. Зил улыбнулся и продолжил:

- Находясь в состоянии тревоги и переживаний за мирное небо над головой... Катя, ну хватит дуться.

Катерина продолжала делать невозмутимый вид и черкать карандашом по бумаге.

- А давайте чаю попьем, а? Мне сестра из Челябинска ватрушки прислала и мёд. Вы любите ватрушки с мёдом?

Это было очень соблазнительно и Катя покосилась на Зила:

- Правда, настоящий мёд?

- Ну конечно же, товарищ Катя, самый настоящий липовый мед.

- Если только самую малость, - Катя потупилась в стол, но запах такого желанного и столь редкого в наше время настоящего мёда, пусть даже из Челябинска, так отчетливо проник в её сегодняшнее утро, что она уже забыла о форме одежды, упрямом начальнике и своих обидах.

- А давайте пить чай, товарищ командир! - она весело рассмеялась, а Зил уже шелестел газетой Правда, бережно скрывавшей маленькую баночку солнечной сладости из Челябинска.

...

🤣

Фактурно. Свежо. Неумолимо.

А вторая глава когда выйдет?

Потрите...

Потрите мне спинку пожалуйста..

Сколько их там?

Кого? Спинок?

Там, это где?

Ну, тех, кого там Апокалипсис просит и аж досюда доносится.

А где они все сейчас?