Боюсь, что те, кто сделал денюшку, женщинами интересуются весьма эпизодически: во-первых, делание денег - это ощущение покруче оргазма, во-вторых, при больших деньгах на кармане женщины уже как-то не столь уж недоступны, не так таинственны, а следовательно - не слишком-то и желанны :)
Слава Шевцов, в доисторические времена секса и икры не было, так что переделывать их в "екро" и "секас" было бы не то что неприкольно, а просто тупо. Зато слово "водка" умели писать даже иностранцы. Такого уж качества была водка советского производства. У меня в начале 1980-х годов имелся зачитанный до дыр пресловутый "Ридарз Дайджест" (оригинал) - так там на обложке была ВОДКА.
Знавал я лет 25 назад одного юношу, родители которого всё время совали его во всякие кружкИ и школы. Он и в баскетбол играл, и на скрипке, и в шахматы, и в изостудию хадживал, и чуть ли не крестиком выжигал. И как же он всё это ненавидел! Ему-то хотелось выращивать цветы, он даже мечтал поступить в цветоводческий техникум, разводил на балконе гладиолусы редких сортов. Но мама очень хотела видеть его либо дирижером военного оркестра, либо звездой баскетбола, а отец - художником или, на худой конец, 20-кратным чемпионом мира по шахматам. В итоге цветы он теперь умеет только в интернете продвигать...
Лунный Кот, я так понимаю, Вы только по Невскому гуляли? Особенно гениально: "тротуары не суженные". :) :) :) Честное слово - просто не могу вспомнить такого места в Питере.
Между прочим, в Москве на КрПл тоже нет народу из браццких рэспубликэ. А вот ближе к ЮВАО - от там да.
Как веб-мастер с 10-летним стажем и пользователь интернета с 15-летним стажем, утверждаю, что грамматике - да, уделяют. Грамматических ошибок [ Г ] почти не встретишь. Другое дело - ошибки орфографические [ I ], пунктуационные [ V ], ошибки речи [ Р ], стилистические и фактические [ КГ/АМ ].
Чувак, я тебя, канеш, пряздрявряю, но не забывай, что каждый твой день рождения - очередной шаг к твоей смерти. Постарайся прожить те немногие годы, что тебе отпущены милосердным Господом, как можно продуктивнее. Трахай красивых женщин, малюй картины, создавай сайты, пиши книги, вообще - делай что-нибудь. Когда ты проснешься и поймешь, что тебе уже 42, а не 22, тебе приятно будет вспомнить, что не все знают, что такое "венерино ожерелье", а ты - знаешь.
abotg, если вы или я повесимся в традиционной одежде, про нас сообщат разве что в местной криминальной хронике. Мол, кризис, двое безработных удавились бельевым шнуром. А вот если Бардо повесится в колготках - так то будет бла-бла-бла на весь мир. "Последователь Эдуарда Лимонова - русского писателя, предпочитающего больших негров, - покончил с собой в связи с сексуальной дискриминацией" (The New York Times), "Красная площадь - Лобное место для голубых писателей" (Spiegel), "Киев и Москва не переносят колгот" (La Reppublica), "Bleu clair et Bordeaux" (Figaro)...
Самое возмутительное явление в России не то, что кто-то украл. А то, что одному дали украсть, а другим - нет. Это несправедливо. Вывод: суки!
Я бы даже так сформулировал: мальчик, ты по какому поводу вешаешься?
Обычно Катин муж приходил домой между часом и двумя ночи. В это время Катя, копирайтер со стажем, все еще писала - точнее, дописывала. Добрые люди не перевелись и в наше время, и Кате частенько давали заказы на самые разные темы, благодаря которым Катя, от природы умненькая, становилась все умнее.
Уже в полудрёме она говорила мужу: "О, эт ты... где был...". (Тут она обычно зевала и впадала в спячку, поскольку попадать по клавишам все равно уже не получалось; что же касается факта возвращения ее мужа, то это давно стало обыденным явлением и само по себе ничего не значило). Глухой стук жениного лба о клавиатуру был для Катиного мужа сигналом, что можно спокойно доесть остатки драников со сметаной, не боясь возможных расспросов по поводу происхождения следов губной помады на ширинке брюк.
Поужинав в блаженном молчании, муж осторожно выключал компьютер (Катя реагировала на прекращение шума кулеров уютным мурлыканием), тихо крался в спальню, валился на кровать и засыпал. Сон его был легким и безмятежным, каким всегда бывает сон человека, который знает, что ночью с него не стянут нагретое одеяло и не разбудят ворчаньем: "Да перестань же ты храпеть, идол!"
Утром муж просыпался со счастливой мыслью, что вот, он уже выспался, полон сил, готов к свершениями, и никто не в силах ему помешать, ибо жена по-прежнему дрыхнет в своей затхлой кухне. (Кухня была обиталищем семейного компьютера, и жена давно спала только с ним, дававшим ей, фигурально выражаясь, кров и стол).
Муж мысленно произносил благодарность Богу: "Господи, какое счастье! Она спит. Не буди ее, милый Бог". Как ни странно, Бог, обычно весьма критично настроенный к мечтам Катиного мужа, никогда не отказывал в этой просьбе.
Затем Катин муж поспешно брился, вновь убеждаясь, что "Джилетт" - в самом деле лучшее, что может позволить себе мужчина, который не хочет будить жену дребезжанием электрической бритвы. Жаря яичницу, муж Кати строго смотрел на яйца, силой мысли убеждая их не портить утро предательским скворчанием, что могло бы нарушить Катин сон. Яйца, как и Бог, никогда не противились: вероятно, сказывалась мужская солидарность. Завязывая на скорую руку галстук, муж сбегал по лестнице в приливе мальчишеского восторга. Снова пронесло, думал он, снова - свобода на целый день, до 15:00, когда Катя проснется и начнет звонить ему...
Было 9 утра ПМ (то есть, "по Москве"). И у всех это утро было разным. Одни тряслись в метро по пути к своим офисам. Другие стояли в пробках. Третьи как раз умерли или родились.
Катя спала.
