Красивые цитаты (собираем и думаем над ними)

Видать, в душах много намешано от рабскости, ежели
человек уже не бросается с ножом на того, кто прямо в глаза оскорбляет:
"Ты - раб владыки небесного..."

- Чашу не пропил?
Томас спешно пощупал мешок. Округлый бок чаши не сразу попался под
пальцы, сердце екнуло от страха.
- Сэр калика, - сказал он с неудовольствием, - я не только не
пропил, даже не проиграл, хотя видал, как благородные рыцари... да-да,
самых благороднейших кровей, проигрывали в кости не только деньги, коня и
оружие, но - жен и родовые замки! Да что замки - имя проигрывали! Вот до
чего Сатана силен, как умеет заманить в свои сети слабые души...
- Но ведь играл, - сказал Олег, поддразнивая. - А все игры, по
вашему учению, сам сатана придумал. Поговаривают, ваш бог за то и сбросил
его с неба, что не мог выиграть...
Томас сказал с достоинством:
- Сэр калика, я не думаю, что сэр Бог не смог бы выиграть, если бы в
самом деле сел играть с мерзким дьяволом. Я думаю, он не сел бы с ним
рядом даже потрудиться в отхожем месте. Разве что сэр Сатана сжульничал,
хотя это уж чересчур... Ведь сэр Сатана тогда еще сидел по правую руку
Господа нашего и не был таким, каким стал уже на земле...
Он благочестиво перекрестился. Олег засмеялся:
- Ну да, пожил на земле среди людей, а с кем поведешься, от того и
наберешься.
Томас выглядел озадаченным.
- Ты хочешь сказать, что Сатана, пообщавшись с людьми, стал таким
мерзким? Впрочем, почему бы и нет? Человек не ангел, но он стремится к
свету, а дьявол от злобы опускался все ниже, пока не стал хуже человека. А
потом еще и человека стал науськивать стать хуже.
- Вот-вот. А игры остались в его владении.
- Вот я и схлестнулся с ним! Как подобает доблестному рыцарю: на
чужом поле, да еще позволил противнику выбор оружия. Сыграл в эту
нечестивую игру, выиграл, добычу пропил, ибо зазорно на такие деньги
покупать что-то стоящее, сыграл снова и опять выиграл! Ну, напоил тех
мужиков... Так я посрамил дьявола.
Олег с восхищением покрутил головой.
- Здорово! Это учение... или вера, далеко пойдет, если позволяет так
трактовать рыцарские пьянки, до которых далеко даже разгулявшимся морякам.
Коня купил на выигранные деньги?
- Коня можно - ответил рыцарь сурово.
- Почему?
- Я с высоты его седла утверждаю истинную веру. Такой конь не может
быть орудием дьявола.

- Похмеляться будешь?
- А что за ритуал?
- Тебе понравится, - пообещала ведьма.
Томас с подозрением смотрел на огромную чашу, окованную по краю
старым серебром.

- Сэр калика, это не женщина.
Калика тоже оглянулся на закрытую дверь.
- Да?.. Гм... А мне показалось, что очень даже женщина... В
некоторых местах даже слишком...
Томас вспыхнул:
- Сэр калика, я не об этих местах! Я против них ничего, даже тех,
где слишком... Против тех, где слишком, даже очень не против. Еще как не
против!.. Но я считаю, что дело женщины - сидеть и ждать.
- Ты считаешь или...
- Моя вера считает! Женщина должна сидеть в каменной башне...
- А у нас во тереме...
- Смотреть вослед отъезжающему рыцарю и махать платочком. А потом
ждать его возвращения и блюсти. Можно даже в поясе целомудрия. А с нами
едет не женщина, а Сатана в юбке!
Калика оглянулся, с сомнением покачал головой:
- Вряд ли. Ведьма - это точно, можешь не сомневаться, у меня на них
нюх, а насчет Сатаны - это слишком... Вообще-то ты прав насчет сидеть и
ждать. Да еще чтоб и рта не открывала. С дурами всегда себя орлом
чувствуешь. И мудрым вдобавок. Для дур, что в высоком тереме... аль башне,
мы всякие хороши. Они ж не различают!.. А с умной да такой, что сама
чего-то стоит, вся жизнь как на иголках. Надо еще доказывать, что выше,
что умнее, сильнее, что вообще что-то стоишь... И каждый день доказывать,
потому что она может умнеть, а тебе ж нельзя тогда топтаться на месте? А
то и сползать вниз? Ты прав, мне даже нравится вера Христа. Она сразу
женщин ставит где-то между коровами и попугаями. А нас, мужчин, без всяких
трудных, хоть и честных турниров, сразу - в победители! Верно, сэр Томас?
Томас неуверенно кивнул. Брови его сдвинулись, взгляд был устремлен
вдаль. Калика исподтишка любовался непривычным зрелищем. Рыцарь думал!

- Исполать тебе, добрый молодец...
Томас от неожиданности выронил рубашку. Вода вроде стоячая, но ее
начало относить от берега. Ругаясь последними словами, он догнал, пришлось
залезть в топь по самые... и глубже, переспросил, уже вернувшись:
- Ты мне?
- А больше тут... бре-ке-ке... молодцев нету... Ты можешь поцеловать
меня...
Томас отшатнулся.
- Тебя? Жабу?
- Я не жаба... бре-ке-ке... я лягушка...
Томас ощутил, как от злости надувается жила на шее.
- Ах ты, тварь!.. Да я не всякую девку в Иерусалиме хватал!.. А уж
целовать так и вовсе не приходилось!.. Чтоб тебя, жаба мерзкая...
Жаба переступила с лапы на лапу. Лист кувшинки начал угрожающе
раскачиваться. На тупой морде проступило нечто вроде удивления.
- Я лягушка, не жаба... бре-ке-ке... не понимаешь... Я та самая
лягушка...
- Что за та самая?
Жаба начала раскрывать рот, когда за Томасом послышались шаги. Сэр
калика взглянул коротко, ничуть не удивился - он вообще ничему не
удивлялся, как ревниво заметил Томас, - и спросил равнодушно:
- Тебе мало забот с одной?
Томас не понял, указал трясущимся от злости пальцем.
- Посмотри на ее гнусную рожу! Ты знаешь, что она мне сказала?
- Догадываюсь, - бросил калика и оглянулся. - Яра! Поди-ка сюда,
детка.
Пришлепали быстрые босые ноги. Томас удивился злой решимости на лице
женщины. Впервые видел ее такой рассерженной. На бегу подхватила увесистый
сук, швырнула умело и метко.
Сук просвистел над головой Томаса, ударил жабу по голове с такой
силой, что едва не сбросил с листа. Тот закачался, как в бурю, мелькнули
растопыренные лапы и белое брюхо. Брызги долетели до рыцаря.
Злой и униженный, он выбрался на берег. Женщина смерила его
презрительно-встревоженным взглядом, отошла к своей одежде, та сохла на
растопыренных ветках. Олег, неизвестно чему скаля зубы, помалкивал.
- Сер калика, - не выдержал Томас, - я же вижу, ты насмехаешься
надо мной!
Олег покачал головой.
- Не над тобой. Так, вообще.
- Вообще?.. Ты что-то знаешь? Почему эта жаба разговаривала, как
человек? Я только сейчас сообразил!

di_max:

Спешил для raminas

raminas:
Как всяку гадость, про жаб - так мне, а как чего приятно-симпатишное - так Славе.:p

- Тогда мы сделали злое дело...
- Почему?
- Надо было поцеловать. Зажмуриться и поцеловать. Пусть даже
бородавки, но на Страшном Суде мне зачтется доброе деяние.
Глаза женщины стали злыми. Олег посмотрел на нее, потом на Томаса.
- Гм... но она девица...
У Томаса глаза стали круглыми.
- Да? По виду не похожа... Но тем более я мог бы!
Олег хитро улыбался, голос стал сладким, как мед:
- Она еще и красивая девка. Я могу видеть сквозь жабью шкуру.
- В самом деле? - спросил Томас с живейшим интересом.
- Очень. Молодая и очень красивая... Но здесь нравы строгие...
Поцеловать и не жениться - опозорить девку. Дегтем ворота вымажут, то да
се... Ей снова в болото, только уже топиться от стыда и злой молвы
людской. Что скажешь?
Томас сказал со вздохом:
- Ты жестокий человек, но ты прав.
..............
Сидя у костра, Томас сказал с проникновенным удивлением:
- Сэр калика, я бы никогда не поверил, что у вас здесь живут самые
ревностные христиане, если бы своими глазами не узрел!
- Что за чушь? - нахмурился Олег. - Такая отвратительная
клевета...
- А как же? Полкняжества, как ты сам сказал, вышли искать бедную
девушку. Разве это не пример сострадания?
Яра презрительно фыркнула. Томас сердито выгнул бровь, швырнуть бы в
нее чем-нибудь, да под руками пусто, а Олег сказал с непередаваемым
презрением:
- Ничего себе сострадание! В придачу к этой девке, а она сама по
себе такова, что за обрезок ее ногтя будут биться три княжества, хоть и
норовистая, правда, дают еще и полкняжества! Тут кто угодно в болото
полезет. Сейчас дома опустели, все молодые мужики пиявок кормят по
болотам, всех жаб целуют.
Томас спросил озадаченно:
- Полкняжества? Зачем?
- В приданое, понятно,
Томас повернул голову, долго смотрел на болото, Спросил осторожно:
- А велико ли княжество?
Олег отмахнулся:
- Да так себе. Чуть поболе Британии. Ну, раза в два-три. Народу,
правда, раз в десять - земли больно богатые. Чернозем хоть на хлеб мажь,
а сено такое накашивают, хоть попа корми. Да ты сам видел, через какие
края едем... С местным князем в родстве короли шведские, норвежские,
император германский, а еще и шахи и падишахи Востока. Разве что с королем
англским еще нет, что чудно... Тьфу, дочь последнего короля Британии,
Гарольда II, Гита, вышла за Владимира Мономаха и завела кучу детворы...
Томас потемнел, в глазах было жестокое разочарование. Он с тоской
посмотрел на ровную гладь болота, где застыли, как вклеенные в смолу,
широкие листья, потом с ненавистью покосился на Яру. Женщина, повернувшись
спиной, усердно терла платье. Со спины она выглядела виноватой.

А что за гулянка без
доброй драки? Дрались вволю и часто, натешились, у кого глаз не смотрит, у
кого губы как оладьи, а кто и выползти из сторожевой будки не в силах.
Зато погуляли!

- Давай посмотрим?
- Драк не видывал?
- Просто приятно видеть, когда бьют не тебя, а других.
- Да, это непривычно.

raminas:
Со стороны, как говорится, виднее.:D

di_max:
"...Со спины она выглядела виноватой..."
😂

raminas:
... еле сдерживаю свою доброту.:p :D

- Опусти на землю!
- И что сделаешь, поползешь?.. Правда, змеи умеют, еще ящерицы...
Она попыталась вырваться, но он держал крепко. Его ноги шагали ровно,
и хотя сравнивал ее с конем, но еще не запыхался, руки не дрожали. Она
застыла, теперь чувствуя свой вес, остро жалея, что не родилась маленькой
и хрупкой, таких глупые мужчины просто обожают.
- Кто еще ползает, - продолжал рассуждать он, - еще жабы, когда
напуганы... Интересно, обычно скачут, но если напугать, то, напротив, идут
медленно, почти ползут...
Дыхание его почти не сбивалось, а голос был насмешливым. Она все же
решилась обнять его за шею, но лишь для того, чтобы опереться на плечи,
переместить с его рук часть ее чудовищного веса.
У пещеры пришлось опустить на землю: вход слишком узкий. Но рядом
стоял калика, глаза были насмешливые. Яра ощутила, как Томас напрягся, в
эти минуты он явно ненавидел калику. Она ощутила, что разделяет с ним эти
чувства.
Чертов волхв всегда оказывается в самом неудобном месте и в самое
неудобное время!

Томас негодующе покрутил головой.
- Какие деньги упускают!
Калика кивнул, а Яра вскинула удивленно брови.
- Где ты видишь деньги?
Томас надменно промолчал. Калика сказал наставительно:
- Настоящий воин Христа видит деньги везде. Запах их чует за милю.
- Что такое миля?
- Верста с вытянутой шеей.
Томас нехотя разлепил губы:
- Настоящий хозяин должен заботиться о хозяйстве. Ежели снимать
плату со входящих в город, то можно вместо этих подгнивших ворот - не
притворяйся, что не заметил! - поставить новые, а стражу нанять из
настоящих воинов, а не этих...
- А за что взимать плату? - спросила Яра ядовито. - За то, что им
не повезло жить в городе?
- За то, что эти со своими телегами будут загаживать улицы, а
местным убирать лепешки и каштаны, будут затевать драки с горожанами, а
для усмирения надо держать крепких воинов. Да если и появится какой-то
враг, то эти сельские кинутся под защиту городских стен вместе со скотом,
женами, детьми и узлами! Так что и расходы надо распределять
справедливо... С того, кто въехал на одной телеге, - одна монета, а кто
на трех - три. Ведь их кони и они сами пачкают в три раза больше,
согласны?

di_max:
Ню-ню-ню.....

Слава Шевцов:
Размечтался.... 😂

- Кто это?
Тот даже не переспросил, ответил так, будто уже расспросил гостей,
гридней и дворовых девок.
- Шахрай. Владетельный князь рода Рюриковичей. Его земли лежат
западнее. Богат и знатен хоть убей, а еще у него несметные табуны, что-то
еще... запамятовал. Приглянулся?
Она зябко передернула плечами.
- Еще бы. Я просто чувствую, как его глаза ползают по всему моему
телу!
- Ну, - сказал калика разочарованно. - Удивила... Кто на тебя
смотрит иначе? Я знаю и такого, чьи не только глаза, но и губы поползали
бы...
Она проследила за его взглядом - калика смотрел на бравого рыцаря,
ощутила, как горячая кровь бросилась в лицо, а по всему телу побежали
сладкие мурашки, ноги ослабели, а в низу живота стало жарко, словно на
солнцепеке.